Даниэль Штайн, переводчик - РАССКАЗ О ШЕСТИ ПОВЕШЕННЫХ // Петербургский театральный журнал 2008. №4 (54).

Шесть огромных фигур из мешковины, подвешенных на крюках, выплывают в спектакле «Даниэль Штайн, переводчик». Люди, вылупившиеся из них, гораздо меньше: они меньше своих идей, судеб, вер…

В Театре на Васильевском точно дует ветер обновления. «Даниэль Штайн, переводчик», выпущенный А.Бубенем, - очень хороший спектакль, взявший от книги Л.Улицкой все лучшее. Я не принадлежу к числу поклонников романа. Он кажется мне произведением малохудожественным (все герои пишут и говорят одним языком, нет характеров), а что касается идеологии, то книга, призванная веру укреплять, непостижимым образом расшатывала ее во мне. Я с трудом преодолевала километры текста, просто как камни таскала (понимаю, что по отношению к этой книге мнения делятся ровно пополам).

У героев романа нет лиц – театр дал им лица, олицетворил идеи, сделал неживых персонажей – живыми. Поразительное дело, текст, уж точно не предназначенный для театра, зажил, заговорил, задышал. Единый и неделимый мир людей воплотился в едином и слаженном актерском ансамбле. Они играют замечательно. А Д.Воробьев – не так, как все. Потому что ему как раз предстояло не оживлять схему, не индивидуализировать речь, а сыграть нечто «над» всеми. Они – на земле, они – в плену вер, догм, он – свободен. Это дыхание свободы можно было передать только через свободу актерскую. Покой – через покой. Отсутствие в мире конкретностей – именно его отсутствием. Каждый из героев сценического муравейника что-то бесконечно делает, мастерит, полон мелких движений, каждого Бубень привязал к непрекращающимся физическим действиям. А у Воробьева отнял предметный мир. Вообще. Его руки касаются только черного пепла, покрывающего землю. Откуда налетел? Может быть, из печей Освенцима, может быть, уже сгорела земля под нашими ногами и на уцелевшем кусочке остались только эти шестеро…

http://ptj.spb.ru/archive/54/preface-54/roza-vetrov-ili-kuda-veter-duet/