Премьера
24.11.2018
МЕЩАНЕ
В большом доме зажиточного мещанина Василия Васильевича Бессеменова всегда многолюдно: жена, дочь Татьяна, сын Петр, воспитанник Нил, а также квартиранты, приживалы. Но нет мира и согласия под домашним кровом, фатально...
подробнее
Премьера
25.11.2018
МЕЩАНЕ
В большом доме зажиточного мещанина Василия Васильевича Бессеменова всегда многолюдно: жена, дочь Татьяна, сын Петр, воспитанник Нил, а также квартиранты, приживалы. Но нет мира и согласия под домашним кровом, фатально...
подробнее
Дата спектакля
27.11.2018
Проклятая любовь
В основу пьесы легла переписка Ангелины Степановой и Николая Эрдмана – потрясающая история любви. Татьяна Калашникова и Михаил Николаев играют на пределе человеческих возможностей.
подробнее
Дата спектакля
29.11.2018
YTNНАЯ ОХОТА
Номинант премии "Золотой софит". Театр на Васильевском представляет свою сценическую версию знаменитой пьесы Александра Вампилова.
подробнее
Дата спектакля
29.11.2018
СМЕХ ЛАНГУСТЫ
Знаменитая французская актриса Сара Бернар предается воспоминаниям. Она пытается написать свои мемуары. В ее памяти ей то 11 лет, то 28, то 37! Писать мемуары ей помогает ее секретарь, преданный и влюбленный Жорж...
подробнее

Пресса о спектакле "Спасти камер-юнкера Пушкина"

ЖИЗНЬ И МНЕНИЯ МИХАИЛА П.

ЖИЗНЬ И МНЕНИЯ МИХАИЛА П.

«Спасти камер-юнкера Пушкина». История одного несостоявшегося подвига. По пьесе М. Хейфеца.
Театр на Васильевском.
Режиссер Олег Сологубов, художник Петр Шерешевский.

Был у меня когда-то проект: купить семь одинаковых бюстиков Пушкина, раскрасить в цвета радуги и расставить на рояле или каминной полке. До некоторой степени он реализован в новом спектакле Театра на Васильевском. Только бюсты здесь разнокалиберные, белые, красные, черные. Набор красок в спектакле сводится к очень скромной фотографической гамме. Белый человек, белая голова, белая лошадь. Черная речка. И чуть ли не сказка про белого бычка.

Кроме бюстиков сценический антураж ограничивается кубиками, которые подошли бы младенцу Пантагрюэлю. Их окрашенные грани складываются в хрестоматийную картинку последней дуэли Пушкина (литография по акварели К. Н. Чичагова рассылалась в 1880 году подписчикам журнала «Будильник» и с тех пор многократно репродуцировалась). Кроме того кубики служат импровизированными столами, барьерами и лежанками, а на чистых гранях их можно рисовать маркером.

Эта разность масштабов сразу же отсылает нас в баснословный мир великанов и карликов, в отношении к главному герою особенно парадоксальный. Классическая русская литература изображала то лишнего человека, то маленького человека. Михаил Хейфец решил вывести на сцену человека среднего. Жизнь, карьера и мировоззрение Миши Питунина ровно ничем не выделялись бы среди его современников, когда бы лейтмотивом их не стала жизнь Пушкина.

В детском саду и в школе, наследующей традициям Царскосельского лицея, Пушкин для Миши — генератор детских травм и мелких неприятностей. В юношеском возрасте пушкинская лирика и пушкинский миф помогают Мише одерживать любовные победы, а в армии — торжествовать над дураком замполитом. В безрадостной зрелости привычный пушкинский культ неожиданно приводит героя к трагической гибели.

Пьеса Хейфеца хитро устроена. С одной стороны, это монолог, подразумевающий моноспектакль. С другой стороны, пьеса оставляет возможность населить подмостки изрядным количеством действующих лиц. И театр ею пользуется сполна. Артем Цыпин изображает своего Мишу максимально сдержанно. Зато окружение его состоит из ярких гротескных персонажей, и актеры здесь не жалеют красок. Говорят, короля играет свита. Но этот принцип может подчеркивать не только величие, но и посредственность. Главный постановочный прием — отсылки к общеизвестному, простая упоминательная клавиатура. Детские кубики складываются в детские фобии. Дворовые песни иллюстрируют подростковые фантазии и комплексы. Музыкальные хиты 70-х и 80-х — живейшие наслаждения и сокрушительные поражения героя. Фотообои Чичагова и пистолеты-лепажи вводят в популярную и изрядно засаленную пушкиниану. Иногда этот прием граничит с цитированием. Так, сцены детства и отрочества явственно напоминают автобиографические моноспектакли Гришковца. Игра в спасение поэта от роковой дуэли кажется реминисценцией новеллы Андрея Битова «Фотография Пушкина». Далее в ход идут расхожие армейские анекдоты и радикально упрощенные балабановские «Жмурки».

Кроме того в спектакле жирно подчеркивается петербургский текст и петербургский контекст. Черная речка — место пушкинской дуэли и «каникул любви» героя. Улица Рентгена подчеркивает фотографические мотивы. Комендантский проспект становится символом экзистенциальной заброшенности.

Все актерские работы по-своему неплохи. Отдельно стоит назвать лирическую героиню Натальи Корольской и целый букет острохарактерных зарисовок Татьяны Мишиной. Но главная удача — главная роль Артема Цыпина.

Что такое «камер-юнкер» дословно? «Комнатный молодой человек». Подразумевается: из хорошей фамилии, дворянин и землевладелец. Александр Пушкин в свои тридцать с небольшим против этой роли протестовал. Миша Питунин в свои сорок с хвостиком с нею смиряется. Хотя весь его аристократический бэкграунд сводится к тому, что родился он в историческом городе, мама определила его в правильную школу, а вездесущий пушкинский миф всю жизнь не давал ему расслабиться.

И однако же Артем Цыпин минималистскими средствами показывает, как его герой в своем нечаянном апофеозе сливается со своим вечным протагонистом и антагонистом — Пушкиным. В финальных сценах его Миша Питунин приобретает даже портретное сходство с поэтом.

«Изучение Пушкина подменяется изучением истории его дуэли», — сетовал когда-то Юрий Тынянов. Пьеса и спектакль показывают, что один только пушкинский биографический миф может наполнить высоким смыслом целую жизнь. И позволить шагнуть из душных комнаток на улице Рентгена непосредственно в вечность.

подробнее >>