Незаменимых нет. Но есть неповторимые


«… Делая дело, нельзя сводить счеты. Даже с очень плохими людьми – именно делом нужно пытаться обратить их в свою веру. Иначе ты входишь в штопор: сведение счетов не дает заниматься главным. Я к этому пришел через синяки и шишки, так что знаю, о чем говорю. И о любви к людям, по-моему, имею конкретное представление».
                                                          Владимир ОСОБИК. Из интервью.
                                            
                        
         29 октября 2013 года исполняется 70 лет со дня рождения заслуженного артиста РСФСР, лауреата Государственной премии СССР Владимира Васильевича Особика (29 октября 1943 г. – 18 июля 1997 г.) Выдающийся актер прожил недолгую, но яркую, насыщенную творческую жизнь. В ней были запомнившиеся образы, созданные на сцене театра имени Комиссаржевской – Нодари в спектакле «Если бы небо было зеркалом», Джим в «Продавце дождя» и, прежде всего, царь Федор Иоаннович в знаменитом спектакле Рубена Агамирзяна.  

          Творческая судьба Владимира Особика берет начало в Пионерском театре В. П. Поболя, где юный артист играл Тома Сойера, сказочных принцев. Это был настоящий театр. Да, детский, но руководил им сокурсник Татьяны Дорониной, Михаила Козакова, Олега Басилашвили, Евгения Евстигнеева - Владимир Петрович Поболь. А какие ребята занимались! Владислав Пази, Елена Рахленко, Юрий Овсянко, Игорь Окрепилов, Людмила Старицына, Виктор Шубин - все стали артистами, Владислав Пази - удивительным режиссёром.

  Вспоминает заслуженная артистка России Елена Рахленко, жена В. Особика:

        -Выпускник МХАТовского училища Владимир Поболь вел драматический кружок при Дворце пионеров, этот драмкружок поставил спектакль «Павлик Морозов», что было тогда весьма актуально. Кружок получил призовое место и звание Пионерского театра имени Павлика Морозова. Мой близкий, к сожалению, ныне покойный друг, режиссер Владислав Пази, тоже вышедший из этого кружка, как-то сказал, что у большинства населения  имя Павлик Морозов вызывает отрицательные эмоции и только у нашей маленькой группки душа обливается совершенной нежностью… Я пришла в этот кружок и там познакомилась с юношей по имени Владимир Особик, который как раз и играл того самого Павлика Морозова… Это был удивительной театральности человек, удивительной… Володечка, когда мы уже работали в театре, как-то сказал: «Какие мы счастливые люди, перед нами никогда не стоял вопрос, кем быть. Мы сразу знали, кем мы будем. У многих по окончании школы разламывается голова – куда идти? А мы точно знали, что будем артистами».
Он был очень сильный актер, пробовал себя в режиссуре и у него это хорошо получалось. Находиться рядом с ним было невероятно интересно, это была горячая, наполненная смыслом, переполненная эмоциями жизнь.
                                 *                   *               *           *
         К Владимиру Особику первая известность пришла из кинематографа. Обаятельный юный актер, сыгравший главного героя в фильме Юлия Карасика "Дикая собака динго" (1965), сумел так искренне и светло рассказать о первой любви, о первых разочарованиях и первом счастье взаимопонимания, что надолго стал одним из самых любимых молодых актеров поколения.

       На Венецианском кинофестивале фильм получил главный приз - «Золотого льва святого Марка». Для Владимира этот дебют в большом кино был очень важен. Фильм Юлия Карасика возвел в ранг звезд и Галину Польских и Володю Особика. Для Гали главным стал кинематограф. Для Владимира — Театр…


           В 1972 г. Владимир Особик, актер Ленинградского театра им. В.Ф. Комиссаржевской, потряс питерских театралов своим исполнением роли царя Федора в спектакле Рубена Агамирзяна «Царь Федор Иоаннович». В одной из самых трудных ролей мирового театрального репертуара Особик сыграл разом и драму власти, и трагедию личности, и необычайную душевную чистоту, и горечь человеческого бессилия. Трагический образ, созданный Особиком на сцене, стал его звездным часом, его творческой вершиной.

      Вспоминает известный фотохудожник, литератор Нина Аловерт:

     «Выступление Владимира Особика в роли Царя Федора стоит в первом ряду высочайших актерских удач русского театра ХХ века, я в этом нисколько не сомневаюсь и сегодня. В том спектакле подбор актеров вообще был очень удачным: Станислав Ландграф в роли Годунова, Иван Краско в роли Шуйского, Елизавета Акуличева и Тамара Абросимова в роли Ирины, жены царя. Но Особик, игравший Царя Федора, - это было событие в русском драматическом театре, и оно не должно быть забыто.

       Сюжет пьесы - напряженная борьба бояр Шуйских за престол против Годунова и его сторонников. На пути и тех и других стоит человек, живущий по другим законам, стоит личность, через сердце которой проходит вся боль мира,– Царь Федор-Особик. Чистый сердцем, он - совесть своих подданных, но они думают, что он их слабость, блаженный, помеха на пути. В Царе-Особике действительно ощущалась некоторая болезненность, но только потому, что чувство справедливости и вера в возможность гармоничного, согласного существования людей была развита в нем до болезненности. Его нравственная чистота казалась людям, погрязшим в интригах, чем-то противоестественным, ненормальным.

         Особик был не просто рожден великим артистом, его творчество было «голосом времени», тем голосом, который твердил людям «империи зла» о чистоте сердца, о его зоркости, о личной ответственности каждого за зло вокруг. Он был на сцене чем-то сродни своему сверстнику, артисту того же поколения, но в балете - Михаилу Барышникову. Недаром в своем последнем русском интервью Барышников сказал, что самый его любимый артист - Владимир Особик». 

          Последние пять лет своей жизни Владимир Особик работал в Театре Сатиры на Васильевском. Здесь он как режиссер поставил по пьесе и на музыку Юлия Кима яркое музыкальное представление «Театр мадемуазель Клерон», спектакль-концерт по мотивам песен Леонида Утесова «А у нас есть тоже патефончик»; сыграл главные роли в спектаклях «Еврейское сватовство» и «Прощальная гастроль князя К.» («Дядюшкин сон»).



      В ностальгическом спектакле-концерте «А у нас есть тоже патефончик» не просто исполнялись знаменитые песни Утесова (пели и работали на музыкальных инструментах только актеры театра), но стремились воссоздать на сцене уникальную ауру той человеческой и художественной личности, под знаком которой прошла громадная эпоха в культурной жизни России.

    О спектакле «Театр мадемуазель Клерон» пресса писала:

        «В Театр сатиры на Васильевском вы входите как в настоящий храм искусства. Внизу, на великолепной мраморной лестнице, вас уже встречают как дорогих гостей, и вы не можете не произнести: "Добрый вечер!" Наверное, поэтому недавно созданная при комитете культуры области труппа эта уже успела завоевать популярность. Каждый вечер здесь идут спектакли для детей и взрослых по произведениям Н. Гоголя, Ф. Достоевского, М. Арцыбашева и других авторов. Последняя премьера - " Театр мадмуазель Клерон" по пьесе Ю. Кима, поставленная заслуженным артистом России В. Особиком, - особенно привлекает зрителей. Спектакль этот легкий, веселый, с прекрасными декорациями и костюмами. И хотя действие происходит в XVIII веке во Франции - очень близкий нам по теме. (Евгения Шур. // газета «Вести»).

 Созданный В. Особиком образ князя К. стал значительным театральным событием:

          «Главное – князь К. Исполнитель этой роли одним звуком голоса, взглядом, проникающим в душу зрителя последнего ряда, волной исходящей от него искренности способен разнести в прах шаткую конструкцию и роли, и самой инсценировки, но именно он достигает кристаллической прозрачности формы. Именно он, будучи актером интуиции и рассудка и в то же время виртуозно владея техникой, свободно и неуловимо переходит от фарса к трагедии, от трагедии к фарсу, являясь то «мумией, костюмированной в юношу», то юношей, которого возродила в старике воскресшая любовь, то шутом, то жертвой трагического несоответствия земных порывов и законов бытия.

        …В руке князя, взметнувшейся к виску: «Я знаю этот романс!», в полукрике-полушепоте, которым не удержать внутреннее пламя: «Я только теперь начинаю жить», в гримасе страдания, исказившей прекрасное лицо: «Это был сон, очаровательный сон…», - пульсирует живое, неподдельное, это уже сам Федор Михайлович вырвался. Это его масштаб, его страсть. Его ощущение любви.

   Роль князя исполнял Владимир Особик…» (Елена Лебедева).



      Вспоминает заслуженный артист России Юрий Овсянко:

        -Я был в курсе его дел и порадовался за него, когда узнал, что в театре Сатиры он занялся режиссурой, и что дела его налаживаются. На режиссуру он вышел как-то логически. Он был лидером. Есть люди ведомые, а есть ведущие. Он всегда был ведущим — индивидуальностью, личностью. Володя именно из тех артистов, которые становятся авторами спектакля наравне с режиссером.

       Любому актеру, даже самому талантливому, нужен человек, который бы о нем думал и занимался его творческой судьбой. Так сложилось, что у Володи в трудную минуту не оказалось человека, который смог его по-настоящему поддержать. Кроме, пожалуй, его жены — Леночки Рахленко, которая сыграла в жизни Володи огромную роль. Вообще, я считаю, что это уникальная женщина.

            *                                   *                                                     *
  Спектакли, отмеченные талантом Владимира Особика, долгое время украшали репертуарную афишу города. Остались неоконченными блестящие репетиции по Чехову…                      

   Память о выдающемся мастере живет в сердцах друзей, коллег, истинных театралов. Те, кто видели его на сцене, поистине получили подарок судьбы.